Spinal Neurology and Manual Therapy
(& not only...)

  Вертеброневрология и мануальная терапия
(& не только...)

 
     
     
menu

Коричневый цвет - русская версия
Green Color - English version
 


Клиника восстановления здоровья
Body Rehabilitation Clinic
 

Виды лечения - Treatment Modalities

****** 

Testimonials

****** 


Body Rehabilitation Clinic
(AMTE Site)

 

Treatment Types

****** 


Американский Фонд изучения позвоночной неврологии
Orthopedic Neurology Research Fund
 

Цель Фонда - Fund's Goal

****** 

From Board Directory

****** 

Методические пособия

****** 

Учебные пособия

****** 

Об авторе

****** 

About the Author

****** 

Proceedings. Publications

****** 

Message to Colleagues

****** 


Невропатология и лечение межпозвонкового остеохондроза
Intervertebral Osteochondrosis' Neuropathology and Treatment
 

Как расставаться с хронической болью? (Беседа о восстановлении здоровья)

****** 

Повсеместные боли

****** 

Малоизвестная в США ортопедическая неврология

****** 

Less-known Spinal Neurology

****** 

Развитие отечественной вертеброневрологии

****** 

Нейрохирургия остеохондроза

****** 

Проблема века или вечная проблема?!

****** 

Сомнительные подходы в вертеброневрологии и мануальной терапии

****** 

Отечественные черты мануальной терапии

****** 

Вазодистонии и ишемии

****** 

Радикуло-миелоишемия

****** 

Межпозвонковый остеохондроз в Евразии и Америке

****** 

Полвека остеохондроза

****** 

Бенефиты манипуломании

****** 

Линия отчуждения

****** 

Медицинские сюрпризы

****** 

"Клиническая пропедевтика мануальной терапии" Монография

****** 

Отзыв на монографию

****** 

Своеобразие текущего момента

****** 

В защиту суверенитета вертеброневрологии

****** 

О создателе клинической дисциплины
About the Founder
 

Ближайший взгляд

****** 

От последователей

****** 

Патриарх неврологии

****** 

Феномен Якова Попелянского

****** 

Об Отце и его Деле

****** 

Казань - Сиэтл

****** 

Он опережал время

****** 

Памяти Я. Ю. Попелянского

****** 

In memory of Professor Yakov Popelyanskiy

****** 

Основополагающие первоисточники - Spinal Neurology Textbooks

****** 

Руководство и монографии по неврологии

****** 

Some Articles

****** 

Другие книги профессора Я. Попелянского

****** 

Opinions of World prominent Specialists

****** 

Статья из Неврологического Журнала

****** 

Учителю

****** 

Идеи Проф. Я. Ю. Попелянского в Америке

****** 

Гений и злодейство

****** 

Последнее интервью

****** 

Я люблю Вас живого

****** 

Научная биография

****** 

"Запоздалое открытие"

****** 

Я. Ю. и Политбюро

****** 

Компетенция и некомпетенция

****** 

О Солженицыне

****** 

Антисемитизм глазами невропатолога

****** 

Медицина в США глазами иммигранта-врача

****** 

Я. Ю. и поэзия

****** 

Неопубликованное

****** 

Обнаруженное

****** 


Хобби и отдых
Hobby and Entertainment
 

Обращение

****** 

Дисбаланс

****** 

Бальзам прошлого

****** 

Вне расписания

****** 

Уроки балкарского...

****** 

Брызги шампанского...

****** 

Выплывшее

****** 

Непредвиденное

****** 

О названии

****** 

Нескромная прелесть провинции

****** 

Вокруг "Возвращения"

****** 

Навеянное

****** 

Откровение

****** 

Наблюдаемое

****** 

Лицемерие и ханжество

****** 

Вокруг да около

****** 

Выборы

****** 

Конец света

****** 

Трагическое разочарование

****** 

Обновленное прояснение

****** 

Холодная гражданская война

****** 

Фашизм и прогресс

****** 

 


 

 


 

 

 

Я.Ю.ПОПЕЛЯНСКИЙ
«Я ЛЮБЛЮ ВАС  ЖИВОГО, А НЕ МУМИЮ...»
( В.Маяковский)

ПОПЫТКА НАПИСАНИЯ МЕМОРАЗМОВ

 

«А тол из гевен» - некогда был. С такой формулы, эквивалентной русскому «жил-был», начинаются обычно еврейские рассказы, предания, сказки. Да, совсем еще недавно жил-был и упорно трудился талантливый человек, врач и ученый Яков Юрьевич Попелянский. И в тоже время невропатолог, пытавшийся с научных позиций объяснить такое сложное явление, как антисемитизм. У него остались десятки учеников и последователей. Создано было две довольно сплоченные в творческом смысле школы: Новокузнецкая и Казанская. Но были и небольшие группы его учеников и сторонников в различных районах бывшего СССР, а также теперь, в Америке и Израиле. Я принадлежу к первой – Новокузнецкой -группе его учеников.

Мои воспоминания носят фрагментарный характер. Многие детали, победы и поражения забыты. И в воспоминаниях современников, многие моменты жизни и научные разработки, связанные с Яковом Юрьевичем Попелянским переплетаются с легендами людей, знавших его в более поздний период. Я тоже многое не напишу, ибо становление любого нового направления в науке связано с различными людьми. Многие из них, слава Богу, живы, живы и их близкие. Некоторые события и высказывания могут их задеть.

Мы были молоды и проходили свой жизненный путь с ошибками и трагедиями. К сожалению, я не вижу принципиально новых взглядов и идей об остеохондрозе в современных России, Украине, Белоруссии и т.д. И вообще я думаю, что авторы из бывшего СССР пишут, что надо, а не то, что они думают (срабатывает «внутренний цензор»). К примеру, не напишут же Изабелла Рудольфовна Шмидт (профессор Новокузнецкого ГИДУВа) и сын Петрова Коcтя (профессор ГИДУВа Константин Борисович Петров), как первый и любимый ученик Я.Ю. и, вроде, мой друг, Борис Геогиевич Петров стал высказывать антисемитские взгляды, или казанцы не напишут, как «аккуратно» вытеснили учителя. И как они приписывали себе его идеи. А кто прятал некоторые его рукописи, о чем он сильно переживал и не раз делился этим со мной? Не зря Я.Ю. саркастически говорил об «ученичках». Кстати, кто придумал термин «миоадаптивные» синдромы?

Заметки о двуличной роли Антонова вряд ли понравятся минчанам и другим выходцам из Белоруссии. Партизанский комиссар, ворвавшийся на первом танке, освобождавшем Минск, стал героем своего народа, врачом и ученым, возглавившем республиканский Институт неврологии. Именно ему было навязано, не ясно по каким соображениям, курировать научную тематику СССР, связанную с заболеваниями периферической нервной системы. Я.Ю.пытался сотрудничать с Антоновым и его институтом, даже включился в построение классификации заболеваний периферичнской нервной системы. Но потом прервал своё сотрудничество по созданию этой классификации: она не соответствовала концепции остеохондроза и вертеброневрологии. Более обширную и более правдоподобную классификации создали О.Г.Коган и И.Р.Шмидт. Но, на мой взгляд, Я.Ю. она также не удовлетворяла, возможно, из-за своей громоздкости, и он придерживался своей чуть обновленной классификации. Вообще Антонов все время занимал двуличную политику в медицине. Это видно и на моей личном примере. Я без труда получил так называемый внешний отзыв на мою докторскую диссертацию из его института. Но на президиуме ВАКа он выступал против моего утверждения, так как считал, что евреи все равно уедут из СССР.

Я внимательно просмотрел соответствующие сайты в интернете. И что же. Все излагают банальные данные об остеохондрозе, даже выдержки из книг Попелянского, без упоминанания Я.Ю. Я нашел лишь одного врача в Москве –Ушакова -, который ссылается на Я.Ю. А в американских рекламах я встречал ссылки почему-то на Илизарова, различных экстрасенсов, каких-то канадских авторов и пр., где излагаются элементарные данные об остеондрозе и модифицированные приемы его лечения, разработанные несколько десятков лет тому назад в СССР. Конечно, неплохо, если бы Изабелла Шмидт изложила объективно и кратко свои «генетические идеи» насчет остеохондроза. Несмотрия на сказанное, в памяти остается главное – создание учения об «остеохондрозе».

Я не был любимым учеником Якова Юрьевича Попелянского. Скорее наоборот. Ему многое во мне не нравилось, в том числе яркая, как и у него, еврейская внешность. Но главным, что нас вначале разьединяло, были своеобраные обстоятельство жизни. Главное из них - я был любимцем прежнего заведующего кафедрой проф. Иосифа Израильевича Карцовника и его желанием было со временем передать мне кафедру. Он же и пригласил меня в клиническую ординатуру кафедры нервных болезней Новокузнецкого института усовершенствования врачей в 1959 году. Следует заметить, что, как проработавший три года на Севере, я мог поступить в любую клиническую ординатуру или аспирантуру. Но семейные обстоятельства вынудили меня поехать в Новокузнецк. Словом, невольно, я вызывал у Я.Ю. настороженность. Материалы на кандидатскую диссертацию по резидуальным и прогредиентным формам клещевого энцефалита у меня были набраны, уже была опубликована статья по теме. На втором году клинической ординатуры я стал исполнять обязанности ассистента ( с согласия Я.Ю., доцента кафедры) и успешно пол года вел занятия с курсантами, многие из которых были старше и опытнее меня. А Я.Ю. в это время был в творческом отпуске в Москве, где заканчивал докторсую диссертацию. Неожиданно в 1961 году И.И.Карцовник внезапно умер, и моя карьера так и не начавшись, быстро оборвалась. Я.Ю. стал зав.кафедрой, а меня направили на практическую работу. Но уже в самом конце 1962 года приняли в аспирантуру, как бы навязав ему. Он предложил мне отказаться от работы по клещевому энцефалиту и заняться остеохондрозом шейного отдела позвоночника. По этой теме у него была докторская. А мне предстояло разработать и углубить один из интересных симптомокомплексов-синдром передней лестничной мышцы.

После окончания аспирантуры я не был оставлен в институте. И в 1966 году уехал в Семипалатиский мединститут, где проработал 16 лет. Это были в общем счастливые годы моей жизни. Там я закончил кандидатскую и написал докторскую диссертации, а также две книги. К сожалению, конец этого периода моей жизни омрачился интригами вокруг моей докторской диссертации и тяжелой болезнью. Я заболел полиомиелитом, выехав на вспышку этой болезни в Усть-Каменогорск. И после защиты и утверждения ВАКом моей докторской переехал в Москву, где начав с низовой практической работы, сделал неплохую карьеру, став ведущим научным сотрудником Первого Московского мединститута и завлабом неврологической лаборатории Института традиционных методов лечения. Незадолго до эмиграции в 1995 году я был избран членом-корр. Евроазиатской академии меднаук, куда Я.Ю. был избран почетным академиком.

Не помню точно, как это получилось, но я стал в Семипалатинске переписываться с Я.Ю. И в дальнейшем постоянно поддерживал с ним контакты. Он принимал участие в успешной защиты моей кандидатской. Я нередко бывал в Казани Для чтения первого варианта моей докторской, я приехал в Казань и мы длинными осенними вечерами читали ее. Этот период как-то сблизил меня с Я.Ю., его женой Галиной Абрамовной и сыном Аликом, которого я знал еще мальчиком. Теперь это был молодой способный доктор, идущий по стопам своего отца. Я.Ю. принимал живейшее участи на тернистом пути прохождения моей докторской. И после этого я стал при каждой возможности видеться с ним и хотя бы коротко поговорить, послушать его выступления, внимательно читал все его книги и статьи.

Теперь на склоне лет я понимаю, что мне чрезвычайно повезло, когда на моем пути оказался Яков Юрьевич Попелянский. Он был сложным человеком. И не всегда наши отношения были безоблачными. Но мне нравилась глубина его мышления, упорство в достижении цели. И весь свой творческий путь я прошел в содружестве с ним. Он был одним из немногих людей мнением которого я дорожил. В своей жизне я встречал лишь несколько неординарных ученых-медиков. Еще в студенческие годы я посещал кружок любимого ученика И.П.Павлова физиолога проф.А.Г.Гинецинского. На его лекциях я всегда сидел в первом ряду, хотя в дальнейшейшем предпочитал сидеть всегда сзади. Тогда же я сделал свой первый научный доклад о знаменитой сессии двух академий, посвященной наследию И.П.Павлова. И еще с первого курса стал интересоваться медицинской наукой. В дальнейшем я встретил еще несколько неординарных ученых. Это был крупнейший совесткий невролог и генетик академик проф. Левон Оганесович Бадалян, встреча с которым для меня всегда была событием. Я очень горевал после его внезапной смерти. Неординарным человеком был и зав. кафедрой неврологии в Семипалатинске Геннадий Яковлевич Высоцкий, «последний» ученик академика Сергея Николаевича Давыденкова. А в московский период моей жизни мне посчастливилось работать с замечательным терапевтом и клиническим фармакологом проф. Владимром Григорьевичес Кукесом ( ныне академиком).

О Якове Юрьевиче Попелянском нельзя говорить по привычному формату о талантливых людях. Чем больше уходит времени после его кончины, тем больше мне кажется , что это был обыкновенный гений. Да, я не преувеличиваю. В своей сфере он был именно гений. На мой взгляд, это человек способный создать что-то новое. И фактически он создал новое направлениек, скорее новую медицинскую дисциплину –вертеброневрологию. В сознание врачей и населения указанное направление вошло под названием «остеохондроз». Этот термин вошел даже в обиходный язык и фольклор, что свидетельствует о жизненности этого направления. Несмотря на упорное сопротивление, остеохондроз вошел в жизнь вначале советской медицины, а в последнее время пробивает себе дорогу в Европе и Америке. Оценка нового направления в медицине связана с тем, что оно вырвало медицину из пресловутых концепций о тотальной воспалительной природе заболеваний одиночных периферичесий нервов и корешков- «невритов» и «радикулитов».

Гений предполагает последователей и учеников, которых у Попелянского было много десятков по всему бывшему СССР. Кроме прямых учеников были отдельные специалисты и коллективы, находящиеся под его влиянием. К тому же он был блестящим научным руководителем и педагогом. В условиях тоталитарного режима с государственным антисемитизмом он сумел продвинуть и популяризировать свою новаторскую идею. И при этом был сложным неординарным человеком, в котором сочетался необычно высокий интеллект с чисто земными недостатками и достоинствами. Он всегда ощущал себя как учитель, как ребе. Об этом он толи полусерьёно, толи иронично сам говорил. И в тоже время был человеком своего времени, интересовался политикой, поэзией, историей. Он легко сходился с людьми различных профессий, сумел создать на кафедре и отделении атмосферу современного научного учреждения. С 8 до 9 утра слушались рефераты статей из иностранных журналов. Раз-два в месяц проходили интересные «психологические» вечера с филосовским уклоном, различными дискуссиями. Молодой коллектив сплачивали своеобразные вечеринки, которые почему-то именовались профсоюзными собраниями. Все, даже практические врачи, занимались научными исследованиями. Клиника была хорошо оборудована, у нас была современная аппаратура, в том числе новейший датский электромиограф. Впервые в СССР был построен стол для вытяжения позвоночника и стул для аналогичной процедуры шеи. Проводились различные обезболивающие блокады, в том числе эпидуральные, которые в настоящее время в Америке выдаются за новинку.

Но не это было для меня главным. Мне было интересно наблюдать, как талантливый человек с обычными человеческими качествами, не лишенный недостатков, страдавший остаточными явлениями после контузии (Я.Ю.был участником Великой Отечественной войны), становится гением. А гений всегда одинок и не понят. И это при том, что он всегда был окружен людьми. Им восхищались и мужчины, и женщины. Но он знал себе цену и главное свое призвание видел в развитии своей идеи об остеохондрозе. Его участие в различных конференциях и съездах всегда были событием. Он не любил словоблудие. Каждое его выступление было всегда пронизано какой-то новой мыслью. Он написал свыше десятка книг, подытожив свою работу в фундаментальном труде «ОРТОПЕДИЧЕСКАЯ НЕВРОЛОГИЯ», ПЕРЕЖИВШАЯ УЖЕ ДВА ИЗДАНИЯ.

Это потом он стал заниматься параллельно и ботулизмом, а также таким сложным вопросом, как поражение глазодвигательных нервов. И как бы в завершении своей миссии человека и гражданина написал блестящую книгу « Размышления об антисемитах. С любовью...».

Как любой крупный ученый и просто умный человек, он был великодушен и охотно помогал различным людям в научной работе и практической жизне; и старался не замечать открытое заимствование его идей и скрытое предательство некоторых его последователей, которых он именовал «ученичками». Это они присваивали себе его идеи, на что он смотрел довольно снисходительно и иронично, комментируя это обычно словами: лишь бы идея прошла. Но подлостью было утаивание рукописей его книг о ботулизме и глазодвигателях, о чем он неоднократно рассказывал мне. Естественно, это вызывало у него крайнее огорчение. Особенно острая борьба велась вокруг книги о ботулизме. В конце концов эту книгу выпустили, навязав ему в качестве соавтора «именитого» инфекциониста, который, на мой взгляд, ничего не внес в монографию. А сама эта блестящая книга, если бы вышла раньше, возможно, ускорила бы применение ботулотоксина в медицине.

Также имеется много неопубликованных и малоизвестных работ Я.Ю.,например, «Позвочный остеохондроз – болезнь антигравитационного взрослого (постхондрального») человека», вызвавшая критические замечания бывшего редактора медицинского приложения к газете ФОРВЕРТС проф.Марка Шлянкевича. Мне так до сих пор непонятны его возражения о классификации и особенно синдромологии остеохондроза позвоночника. Также он возражал , что вертеброневрология –новая медицинская наука, или, в крайнем случае, межотраслевое направление фундаментальных наук. Печально, что такой эрудированный ученый не смог, или не захотел достойно оценить роль Попелянского в создании нового направления в медицине.

Отдельный разговор о противниках без кавычек. У Александра Попелянского есть уникальный очерк о проф.Жаркове, выступавшего неоднократно против теории об остеохондрозе. Можно, при этом привести и его статью с неироничными, а научными комментариями. Врагов нужно знать в лицо. У меня есть аналогичная работа об одном деятеле, уже умершем, который выступал здесь против остеохондроза и меня лично, как человека рассказывающего об остеохондрозе в русскоязычной американской прессе. При этом допускались даже личные нападки против меня. Ну, Жолонц не заслуживает внимания, хотя издал аж две брошюры против остеохондроза на основании научно-популярных статей Попелянского и других авторов. Но оставить ли без внимания, скажем, книгу Д.Н.Стояновского о болях, где остеохондроз рассматривается как инволютивный процесс, не имеющий клинического значения, Вообще для многих киевлян из школы Маньковского (например, проф. Загоровского, который короткое время заведовал кафедрой в Семипалатинске) характерно такое высказывание: остеохондрозом занимаются евреи-сионисты, чтобы отвлечь внимание русских ученых от столбового пути мировой науки. Но правда жизни оказалась иной. В начале нынешнего века остеохондроз начинает признаваться американскими учеными. Вначале это уже слелали радиологи и вертебрологи. «Но лиха беда начало». Были выпады против Я.Ю. и здесь со стороны некоторых авторов газет «Медицина и здоровье» и Форвертс,а. Имеется ряд фундаментальных и интерсных работа на сайте Александра Яковлевича Попелянского, его книги о мануальной терапии. Другой важный вопрос – антисемитизм и «смежные» проблемы. Тут можно говорить о неопубликованном в открытой печати интервью, проведенных мною с Я.Ю. о Примакове, статью о проф.- психиатре Когане и т.д. Представляют большую ценность воспоминания сына Я.Ю. Александра об отце и его деле.

После смерти Якова Юрьевича Попелянского в том же году произошло невероятное - вышло три его книги: новое издание фундаментального труда «ОРТОПЕДИЧЕСКАЯ НЕВРОЛОГИЯ», а также монографии о ботулизме и поражении глазодвигателей.

 

Изя Кипервас, доктор медицинских наук